РУС. | УКР.

воскресенье, 22 октября
  • Лайм
НБУ:USD
  • НБУ:USD
  • НБУ:EUR
26.50
Общество

Мы — смертники, нам так и сказали: репортаж из зоны АТО

Как живут люди в прифронтовой Красногоровке

Как живут люди в прифронтовой Красногоровке К украинским военным в прифронтовых городах относятся двояко, но за последний год работы с жителями Красногоровки группе гражданско-военного сотрудничества по крайней мере удалось завоевать их доверие Фото: Яна Седова

"Апостроф" побывал в прифронтовой Красногоровке возле Донецка и узнал, каковы настроения местных жителей. Репортаж из города в зоне АТО, где сейчас установилось перемирие.

Жители прифронтовой Красногоровки с опаской говорят об очередном затишье, как будто боятся спугнуть такую обманчивую в здешних местах удачу. Одни по-прежнему разделяют понятия "мы" и "Украина", сожалея, что уехать некуда, и опасаются, что могут потерять работу, сболтнув в разговоре лишнего; они уверены, что украинские войска, если им вдруг придется покидать свои позиции, готовы зачищать населенные пункты вместе с жителями. Другие с готовностью принимают помощь ВСУ, мечтают о временах, когда снова смогут безбоязненно спать в своей постели, и надеются, что им не придется опять с наступлением холодов готовить еду на улице.

Да будет свет

Микрорайон Солнечный в городе Красногоровка Донецкой области за последние полтора года пострадал от обстрелов больше всего. Фасады домов, которые смотрят в сторону Донецка, сплошь избиты осколками и теперь стоят ослепшие, с наглухо закрытыми фанерой окнами. Когда город накрыло массированным артобстрелом в последний раз, полностью сгорел рынок на улице Советской, и теперь тут, под искореженными останками навесов, где когда-то шла торговля, хозяйничают только стайки шумных воробьев; посреди давно неработающей заправки рядом с рынком "красуется" рытвина почти в метр глубиной. Очевидно, огонь вели из САУ, говорят местные военные. Людей на улицах мало, они стараются не задерживаться на открытом пространстве. На самой окраине, где расположена улица Восточная, в практически выжженной снарядами девятиэтажке не живет никто, как и в стоящей по соседству новостройке, ярко-синие, еще не успевшие выцвести балконы которой так нелепо смотрятся рядом с разбитыми провалами окон. Местная детская площадка уже едва различима в зарослях высокого бурьяна и вряд ли за последние месяцы видела хоть одного ребенка.

После массированного артобстрела в Красногоровке полностью сгорел рынок на улице Советская Фото: Яна Седова

В городе сегодня проживает около 10 тыс. человек, из них 360 — дети. Работают две школы. После того, как пару недель назад благодаря военным из группы Гражданско-военного сотрудничества ВСУ (создана по образцу натовских подразделений CIMIC, civil and military cooperation, которые налаживают контакт и помогают местному населению, — "Апостроф") удалось восстановить линию электропередачи и возобновить подачу воды, в Красногоровку начали возвращаться те, кто пережидал военные действия за пределами города. В течение нескольких месяцев ни местные чиновники, ни наблюдатели из миссии ОБСЕ были не в силах обеспечить безопасность в районе повреждения ЛЭП, поскольку этот участок простреливался со стороны неподконтрольной ВСУ территории. СИМИКу удалось договориться о режиме тишины, и проблему решили.

"Благодаря тому, что была восстановлена линия электропередачи, заработал местный завод (Красногоровский огнеупорный завод, — "Апостроф"), дирекция говорит, что если перемирие и режим тишины сохранятся, то количество рабочих мест будет увеличено, — рассказывает "Апострофу" подполковник Александр Гвоздков, возглавляющий группу Гражданско-военного сотрудничества в секторе Б. — Сейчас в городе из пяти школ работают две, но мы рассматриваем возможность открытия еще одной школы на окраине города".

Фасады домов, которые смотрят в сторону Донецка, сплошь избиты осколками и теперь стоят ослепшие, с наглухо закрытыми фанерой окнами Фото: Яна Седова

Полная зачистка

Местные общаются на ходу, на все расспросы устало кивают в сторону разрушенных домов. Много говорить под запись не хотят, мотивируя тем, что их якобы могут за неполиткорректную болтовню выгнать с работы. На вопрос, помогают ли им украинские военные, неопределенно пожимают плечами: да, свет и вода в городе есть благодаря ВСУ, крышу в одной из школ также починили с помощью военных. Семейная пара, с которой удалось пообщаться "Апострофу" возле сгоревшего рынка, поначалу отвечает сдержанно, взвешивая каждое слово. Но когда камеру выключают, они говорят охотнее и с обидой обвиняют во всем украинскую власть.

"Почему надо гнать людей на людей и нельзя сесть и договориться? Первыми начали стрелять украинские власти. Эти люди (так называемые "дэнээровцы") не пришли в Запорожскую область и не начали там стрелять!" — с возмущением заявляют они. На возражение, что в других областях нет такого сепаратизма, разводят руками: "Это не повод бомбить и уничтожать этот город. Вы нас пытаетесь в чем-то убедить, но чем мы плохие люди, чем мы вас обидели? Пойдемте поужинаем вместе, если хотите". Они говорят пару слов на украинском и, как заклинание, повторяют: "Мы — люди маленькие, что мы можем сделать, чтобы война закончилась?". "Может, для начала надо захотеть жить в Украине?" — спрашивает корреспондент "Апострофа". "Мы живем тут, у нас нет другого выхода. Это же вроде Украина, а нас все равно долбят", — обреченно отвечают муж с женой. Слов о том, что войну постоянно подпитывают российские войска и вооружение, они, кажется, даже не слышат. Уверяют, что как-то во время ночного обстрела "летело в сторону Марьинки" (город находится рядом с Красногоровкой), и снаряды, по их словам, были выпущены из района, где расположены украинские военные подразделения (Марьинку, напомним, обстреливали боевики ДНР из подконтрольного им Донецка, — "Апостроф"). Жалуются, что когда в прошлом году в городе были "дэнээровцы", то передвигаться по населенному пункту было намного проще. У семьи неподалеку от окраины расположен гараж, и тогда доступ к нему никто не ограничивал, а теперь поле заминировано, и любые попытки пробраться туда пресекаются украинскими военными. "Я как-то ехал на своем "Запорожце", так повыскакивали хлопцы, несколько человек на меня одного. Прогнали", — говорит мужчина.

В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1
В прифрнтовом городе Красногоровка Донецкой области очередное затишье после длительного периода постоянных артобстрелов Фото: Яна Седова
1 / 1

Он оказывается шахтером. Признается, что вынужден экономить на дороге, поэтому дома бывает только на выходных, а всю рабочую неделю живет у друзей неподалеку от шахты. Жалуется, что в прошлом году так и не получил зарплату за последние пару месяцев. "Просят не подавать в суд. Условно говоря, 10 тысяч мне "торчат", не знаю кто, Украина или шахта мне должна, пусть они там разбираются, они мне этих денег не отдают", — говорит он. Правда, в этом году свою зарплату — около 7 тысяч гривен в месяц в зависимости от того, удалось ли выполнить план — получает исправно. Его жена работает в школе учительницей. Она все время сдерживает мужа, когда тот начинает говорить очень эмоционально. Однако, в конце концов, тоже обвинительно добавляет: "Вы приехали и уехали, у вас мирная жизнь". "У нас сын — студент, он в Днепропетровске учится, и мы там иногда бываем, там совсем по-другому люди живут, — говорит она. — А мы — смертники, нам так и сказали. Со мной работает женщина, она живет на улице Ломоносова, по которой было много попаданий. Бывает, военные ходят по этой улице и так и говорят — если украинские войска будут уходить, то всех тут уничтожат. Она сама слышала". Потом добавляет: "Сейчас притихло, дай Бог, все наладится. Мира вам, удачи. Если меня снимут с работы, я буду знать, почему…".

Подполковник Александр Гвоздков из группы Гражданско-военного сотрудничества, комментируя такие настроения, с сожалением констатирует, что местные жители по-прежнему смотрят российское ТВ и каналы сепаратистов, и удивляется, почему за год никто из тех, кто отвечает за информационную политику государства, даже не попытался этот вопрос решить. "Включаем телевизор, все каналы до сих пор вещают против Украины. По 15 минут рекламные ролики, в которых призывают вступать в ряды "ополчения", потому что "бандеровские убийцы" за порогом", — говорит он.

На этом пропагандистском фоне заставить местных любить Украину невозможно, констатируют украинские военные. Но за последний год работы с жителями Красногоровки группе Гражданско-военного сотрудничества, по крайней мере, удалось завоевать их доверие. "Каждую неделю наша группа может отчитаться о проделанной работе, — говорит подполковник Гвоздков. — Если какие-то обязательства выполнить не удалось, то, по крайней мере, называются причины. В целом, армия научилась отвечать за свои слова, и к нам тут относятся с уважением".

Продолжение следует...

Новости партнеров

Загрузка...

Читайте также

Новости партнеров

Загрузка...