РУС. | УКР.

вторник, 30 мая
  • Лайм
НБУ:USD
  • НБУ:USD
  • НБУ:EUR
26.35
Политика

Давление нарастает: почему украинские силовики все чаще устраивают маски-шоу

Для улучшения ситуации, возможно, будут приняты законодательные решения

Для улучшения ситуации, возможно, будут приняты законодательные решения Фото: УНИАН

То, что украинская власть сегодня держит курс на "закручивание гаек" и использует для этого сотрудников СБУ и прокуратуры, может не заметить только слепой. Яркие свидетельства – проведение за последнее время силовиками в ряде коммерческих и общественных организаций так называемых "следственных действий" (или, как говорят в народе "маски-шоу"), реальные мотивы которых в большинстве случаев явно отличаются от заявленных органами. Практика показывает, что несовершенство законодательства позволяет сегодня силовикам обвинить практически кого угодно в чем угодно, и при этом в ходе обыска что угодно изъять. При этом сами силовики публично признают, что такое положение вещей открывает широкое поле для злоупотреблений, но любым изменениям противятся. О том, как изменить сложившеюся ситуацию, "Апостроф" поговорил с экспертами в сфере IT и народными депутатами.

В последнее время мы стали свидетелями ряда резонансных историй с участием органов СБУ и прокуратуры, среди которых – обыски в крупной инвесткомпании Dragon Capital (формально по причине использования "неправильного" ПО, фактически, считают эксперты, с целью оказать давление по конкретному бизнес-спору), IT-компании YouControl (по абсурдному обвинению в сборе информации из, вдумайтесь, открытых госреестров), аналитическом центре МЦПИ (по не менее абсурдному обвинению в разработке мирного плана урегулирования конфликта на Донбассе).

До этого были десятки, если не сотни обысков в различных IT-компаниях. В свое время аналитики Ассоциации "IT-Украины" даже подготовили инфографику, из которой следует, что только за 2015 год силовики провели около 30 атак на IT-бизнес (при этом в Ассоциации отмечают, что эти цифры могут быть сильно заниженными, поскольку далеко не все подобные инциденты получили огласку), а ущерб, нанесенный действиями силовиков IT-компаниям за год, составил порядка $10-20 млн. В ближайшее время планируется новый выпуск инфографики, уже за 2016 год, и что-то подсказывает, что список может быть гораздо более длинным.

Такие "следственные действия" в основном проходят по одинаковой схеме и сопровождаются целым букетом нарушений со стороны силовиков, вроде недопуска к процессу обысков адвокатов, временного ограничения передвижений граждан и даже немотивированного применения к ним силы.

После визитов органов работа компании или организации-объекта обыска обычно оказывается дестабилизированной на неопределенное время. Причем не только в связи с тем, что органы отбирают нужные для работы данные и технику, но и по причине создания негативного климата в коллективе (особенно, если существуют перспективы, что такие "следственные действия" будут не последними). Очевидно, что серьезно страдает также и репутация обыскиваемой компании или организации.

Характерная особенность всех таких обысков - изъятие разнообразной компьютерной и электронной техники, на которой подчас находится множество данных, ни малейшего отношения к формальной причине обыска не имеющих. Как в будущем будут использованы эти данные – большой вопрос, особенно учитывая вероятную нечистоплотность тех, кто их изымает. А ведь в случае, например, инвесткомпании – это может быть сугубо внутренняя информация о клиентах и сделках, планах ведения бизнеса, которая является конфиденциальной, в случае с IT-компанией – важные интеллектуальные разработки, и, опять же – данные о клиентах, в случае с домашним обыском – личная информация "не для посторонних глаз". Иначе говоря, силовики получают отличный "материал", для возможного будущего шантажа разного рода как самих объектов их внимания, так и их клиентов.

При этом ни на резонанс в прессе, ни даже на заявления нардепов и представителей руководства страны о недопустимости подобного беспредела, силовики, похоже, внимания обращать не собираются. Как и на протесты и пикеты общественности, которые становятся все более частым явлением. Например, в конце марта на минидемонстрацию к СБУ под лозунгом "Узбагойте СБУшников " вышли сотрудники YouControl, а в середине апреля сотрудники других IT-компаний и общественные активисты провели пикет под зданиями ГПУ и СБУ.

Ситуацию отчасти могло бы изменить введение на законодательном уровне ограничений для силовиков при проведении следственных действий. Подобный законопроект №3719 существует, и даже принят в первом чтении. Но во втором его Верховная рада провалила.

Опрошенные "Апострофы" эксперты не исключают, что главную роль сыграло так называемое "лобби силовиков" в парламенте. Кроме того, все более очевидно, что власть так просто от эффективного рычага давления на политических и бизнес-оппонентов не откажется.

Роман Семенуха, член комитета Верховной рады по вопросам информатизации и связи, соавтор законопроекта №3179 об обеспечении дополнительных гарантий законности при проведении следственных действий

Обратите внимание, что подобных вещей в первый год после победы Революции Достоинства не было. Они были просто невозможны. А сейчас мы видим, что эта волна только нарастает. Мое субъективное мнение, что наступает определенная реакционность, процесс закручивания гаек, увеличение атмосферы страха и давления. И это очень тревожные сигналы.

Поэтому законопроект, обеспечивающий дополнительные гарантии при проведении следственных действий, необходим. На сегодняшний день наработана новая редакция законопроекта, которая является несколько более мягкой, чем предыдущая. С помощью руководства МЭРТ, и хочу выразить ему за это благодарность, была собрана группа людей, занимавшихся этой работой. Мы попытались выработать ту концепцию, которая позволит найти голоса большинства под этот законопроект. Новая редакция вышла довольно качественной, ведь над ней неплохо поработали и депутаты, и юристы, и представители министерств. Были проведены минимум три встречи при участии представителей правоохранительных органов, в том числе СБУ, Нацполиции, киберполиции.

Но, если говорить откровенно, на сегодняшний день перспектив того, что эти службы хотят и готовы найти общую позицию, мало. С одной стороны, они в ходе этих рабочих встреч признают, причем признают публично, что все это является, в лучшем случае, элементарным давлением на бизнес. В основном же, как правило, используется для вымогательства. С другой стороны, можно говорить о том, что ни один правоохранитель, будь то представитель ГФС, или работник полиции, до сих пор не был наказан за безосновательное изъятие техники и удерживание ее в течение непонятного, ничем не мотивированного времени. Наша же позиция, что изъятие может быть лишь исключительной мерой. К сожалению, силовики, судя по всему, более склонны оставить все как есть, даже не смотря на их понимание всех недостатков текущего положения вещей.

Что касается последних обысков, то я считаю, что сегодня очень часто (не всегда, будем объективными, но нередко) правоохранительные органы, которые содержатся на деньги налогоплательщиков, действуют странно и такими методами, которые разрушают инвестиционный климат Украины, который и так достаточно сложный.

И еще хочу публично отметить одну вещь, которая касается необходимости присутствия адвоката при проведении обысков. Насколько я понимаю, и ваша редакция столкнулась с подобной проблемой.

К сожалению, это один из тезисов, который, судя по встречам в рамках рабочей группы, вообще не находит понимания у силовиков. Мы им говорим – послушайте, это же нормальная европейская практика, чтобы адвоката пускали во время обысков на основании даже устного соглашения. Но это совершенно не находит понимания.

А ведь для человека присутствие адвоката, когда с обыском приходят наши недореформированные правоохранительные органы, очень важно ввиду еще и того, что человек находится как минимум в состоянии аффекта. При этом возможность немедленно обеспечить присутствие адвоката, несет в первые минуты обыска не только юридическую функцию, но и в некоторой степени стабилизационную с точки зрения состояния человека. Присутствие адвоката, проще говоря, возвращает человека в нормальное психологическое состояние, при котором он в полной мере осознает, что он делает, а значит - получает возможность адекватно защищаться. Кроме того, появление адвоката максимально возвращает в правовое поле действия следователей.

Если говорить о перспективах принятия законопроекта, то, будем откровенны, сегодня без голосов "Народного фронта" он не пройдет. Есть определенное силовое лобби в парламенте, которое частично представлено в НФ, поэтому без какого-то компромисса с ними закон действительно имеет довольно призрачные шансы.

Если через 2-3 недели не будет найден компромисс, я все равно буду выносить этот вопрос в публичную плоскость: регистрировать законопроект, выступать по нему, рассказывать о том, почему он необходим.

Знаете, наверное, это была наша общая ошибка, или виноват романтический настрой, что подобный закон не был принят в первые полгода, когда пришли новые депутаты. Тогда было больше шансов, что Рада за него проголосует. Но, что же делать, будем пробовать сейчас ломать ситуацию.

Екатерина Венжик, руководитель проектов YouControl

То, что сегодня творят силовики в сфере IT, выглядит, мягко говоря, очень странно. Конечно, нельзя сказать, что все абсолютно компании, удостоенные внимания органов, такие уж белые и пушистые. Но в то же время сложно понять мотивы силовиков, когда они решают перетрусить буквально весь IT-бизнес без разбора.

Что касается конкретно нашей компании, то мы пока даже не можем прокомментировать формальную причину открытия дела, потому что нам ведь до сих пор ничего не предъявлено и не выдвинуто.

Одна из версий наезда, мы ее уже озвучивали ранее на пресс-конференции, это то, что наша система достаточно плотно используется в антикоррупционных расследованиях и, возможно, кому-то это начало сильно мешать. Другая причина, мы о ней также говорили ранее, что у силовиков есть системы, скажем так, похожие на нашу. И тогда это вполне может быть проявлением некой специфической "конкурентной борьбы". Заполучить нашу систему им было бы слишком сложно, но уничтожить - почему же нет?

Еще об одной из версий мы начали задумываться после истории со "Стахановцем" (программа учета рабочего времени сотрудников, которая стала формальной причиной обысков в Dragon Capital и еще ряде компаний, - ред.). Здесь я склонна согласиться с выводами статьи на "IT-обозрении", что в результате наезда на авторов ПО, СБУ, фактически, получает список готовых "нарушителей", которыми являются пользователи этой программы.

Как это происходит? Компании-разработчику предъявляется обвинение, компания тем или иным способом пытается закрыть дело, в том числе - и признавая правонарушение. А дальше, получается, что, поскольку ты нарушил закон, то и все твои клиенты нарушили закон. Таким образом, в случае этого кейса, СБУ заполучила список сотен нарушителей. Теперь остается только составить календарь, и можно ходить по ним круглый год.

Мы, в принципе, допускаем, что причина наезда на нас могла быть похожей. Впрочем, возможно, это был комплекс причин – то есть, и "конкуренция", и то, что у нас в системе проявились связи между людьми, которые не должны были проявиться, и необходимость заполучить список наших клиентов, которых сегодня уже почти тысяча.

Одним из способов борьбы с такими действиями силовиков мы видим публичность. Собственно, потому мы и выходили в марте на акцию протеста под СБУ – чтобы привлечь к этому вопросу внимание СМИ и общественности. Потому что, чем тише все происходит, тем легче повесить на любую компанию все, что угодно, прижав ее по любому надуманному поводу.

Также очевидно, что нужны изменения на более глобальном уровне, в том числе законодательном. Все юристы, с которыми мне пришлось в последнее время общаться, говорят, что последующие события – я имею в виду обыски в Dragon Capital и "Укргаздобыче", показали, что нужно что-то срочно делать с определением СТС (использование "специальных технических средств" – одна из наиболее частых формальных причин наездов силовиков на IT-компании, - ред.). Потому что в том виде, в котором статья закона прописана сейчас, любого гражданина Украины, любую компанию, вообще любого человека, который пользуется техническим или программным продуктом, можно за что-то привлечь. Ведь СТС - это та штука, которой можно обозвать что угодно- мобильный телефон, или программу на нем, любой программный продукт или кусок кода, любое техническое средство.

Я отлично помню период, когда к ним были отнесены совершенно смешные вещи – например китайские ручки с видеокамерами. При этом до сих пор нет никакого исчерпывающего списка того, что можно считать СТС, это определяет исключительно сама СБУ. И текущей редакцией закона не предусмотрен никакой список. Получается, что СБУ для себя определяет, что является СТС, затем решением суда их запрещает, при этом этих решений суда вы нигде не найдете, они также закрыты. Я, возможно, сейчас не вполне четко сформулирую это с юридической точки зрения, но, по моему мнению - это нарушает право человека или компании знать, в правовом, или не в правовом поле они действуют. Если предъявлено обвинение в нарушении – лицо должно знать, что именно оно нарушило. А в данном случае, какие-то действия человека или компании могут быть признаны правонарушением пост-фактум. Это очень опасная ситуация, потому что она очень легко перерастает в правовой произвол.

Довольно опасной также является ситуация, когда один и тот же орган и проводит экспертизу, и предъявляет обвинение. В данном случае, у меня очень большое сомнение в незаангажированности этих товарищей из СБУ.

Что касается перспектив принятия законопроекта, ограничивающего полномочия силовиков при обысках - мне сложно судить, но мы все прекрасно понимаем, что главными его врагами принятия будут как раз силовики. У них достаточно своего лобби в Раде.

Татьяна Попова, экс-заместитель Министра информационной политики

Эти обыски сводят с ума всех украинских инвесторов и ужасно портят информационное поле Украины.

В случае с обысками в Dragon Capital, мне кажется, что вполне возможен вариант, когда за формально заявленными причинами проведения обысков могут стоять и некие другие мотивы. Тем более, что там действительно есть столкновения интересов некоторых депутатов по вопросу "Скаймол". Другого логичного объяснения я не вижу. И я уверена, что у Dragon Capital в контрактах с сотрудниками было предусмотрено право компании контролировать их рабочее время, и что они делают на рабочих компьютерах.

Относительно истории с YouControl, не исключаю, что ситуация может быть связана с преследованиями, начавшимися еще более года назад – я имею в виду, с наездами на журналистов, особенно журналистов-антикоррупционеров. И я могу сказать, что это либо недопонимание какими-то сотрудниками силовых структур того, что они делают, либо целенаправленная атака, связанная с финансовыми или бизнес-интересами.

Что касается законопроекта, призванного изменить ситуацию с изъятием техники при обысках, то о его перспективах говорить сложно. Но если уж он один раз не прошел, то, наверное, с нынешним составом Верховной рады и не пройдет. Потому что, к сожалению, завалить законопроект в нашей стране проще, чем его принять. Особенно, законопроект, запрещающий силовым структурам вмешиваться в работу бизнеса. Особенно, учитывая рейтинг партий коалиции, которым, в принципе, не выгодно что-либо менять в сложившейся ситуации.

Татьяна Острикова, народный депутат Украины

Как известно, СБУ объявила, что основанием для проведения обыска в компании Dragon Capital является использование данной компанией программного обеспечения, которое, по мнению СБУ, предоставляет России возможность несанкционированного удаленного доступа к информации на компьютерах этой частной фирмы. Причем, само программное обеспечение предназначено для контроля за сотрудниками, и за тем, что они делают на рабочем месте в рабочее время.

Давайте подумаем: с каких это пор СБУ начала интересовать экономическая безопасность и незыблемость коммерческой тайны частной компании? Ведь на компьютерах частной фирмы не может храниться информация, которая отнесена к государственной тайне или информации с ограниченным доступом. Эта компания занимается финансами и инвестициями, так что на ее компьютерах может содержаться либо ее коммерческая информация, которая не должна волновать СБУ либо общеизвестна информация, которую можно получить из медиа, либо личная информация сотрудников.

СБУ, согласно статье 216 УПК, уполномочена расследовать два вида преступлений в этой сфере: 1) статья 328 УК Украины - разглашение сведений, составляющих государственную тайну, лицом, которому эти сведения были доверены или стали известны в связи с выполнением служебных обязанностей. Такой вариант в случае Dragon Capital исключен, потому что никто им не доверял и не мог доверить хранить государственную тайну. 2) статья 359 УК Украины - незаконное приобретение или сбыт специальных технических средств негласного получения информации, а также незаконное их использование.

СБУ объявила, что спорное программное обеспечение признано ею "специальным техническим средством негласного получения информации". Однако, ключевой вопрос в том, что для ответственности по этой статье должностные лица Dragon Capital должны были знать, что на момент приобретения ими указанного программного обеспечения они действовали незаконно и имели на это умысел. Но вполне возможно, что программу они купили несколько лет назад, а СБУ ее решила признать спецсредством только в этом году. Главный вопрос здесь, почему именно сейчас СБУ так озадачилось данным программным обеспечением?

Эта служба в последнее время используется как инструмент нечестной конкуренции, для устранения нежелательных конкурентов, перераспределения рынков разнообразных товаров. Вспомним только ее вмешательство в таможенное оформление сжиженного газа перед Новым годом для всех импортеров, кроме фирм, близких к власти. В случае с программным обеспечением, которое используют в основном частные фирмы, ситуация может быть аналогичной. А для того, чтобы усилить необходимость такого шага, они одновременно пришли и в государственное предприятие "Укргаздобыча".

Также можно предположить, что в ходе обыска на фирме можно было еще что-то найти: деньги, ценные бумаги, печати, документы – все, что важно для предприятия и его нормальной работы и можно изъять, чтобы потом за незаконное вознаграждение отдать обратно. Конечно же, огласка этого инцидента и внимание премьера этому помешали. Ясно одно: примененные СБУ сила и усилия явно превышают степень общественной опасности и возможного ущерба. Однако, в каждую подобную ситуацию премьер не может вмешиваться. А сколько таких обысков проводится ежедневно по регионам?

Поэтому мы вместе с Романом Семенухой и коллегами из других фракций подаем новый проект закона (на замену проекта № 3719). Им предлагается определить в УПК особый порядок временного изъятия при обыске электронных носителей информации - компьютеров, серверов, ноутбуков и тому подобной техники. В частности, мы предлагаем, чтобы следователи копировали необходимую им электронную информацию на их электронный носитель информации, без изъятия самого компьютера. Как исключение, компьютер может быть изъят при обыске, если он сам был получен преступным путем (например, украден) или владелец компании отказывается предоставить доступ следователю к компьютеру или не предоставляет пароли доступа. Такой отказ должен быть обязательно снят на видео.

Стимулировать следователей четко соблюдать требования закона при обысках должно обязательное участие в данных следственных действиях адвоката. Как мы видим, сегодня налоговая милиция часто отказывает адвокатам в их праве присутствовать при обыске. Приходится вмешиваться народным депутатам. Начальник следственного управления даже издал письмо для всех налоговых милиционеров о том, что недопуск адвоката - это нарушение права на защиту и является недопустимым. Так они теперь говорят: "это не мы приняли решение о недопуске адвоката, а прокурор, который с нами был". Если мы в законе четко напишем, что без адвоката обыск невозможен, таких инсинуаций не будет. Также нужно установить сроки проведения экспертизы изъятых компьютеров, а то, как показывает практика, она может длиться по 2-3 года, или изъятый компьютер вообще валяется у следователя в кабинете, и он не назначает его экспертизу.

Вообще же действующий Уголовный процессуальный кодекс писался командой Януковича для репрессий против бизнеса и оппонентов, там много расплывчатых норм, используемых двояко: для друзей - все, для врагов - закон. Поэтому нужно много норм в УПК менять, прописывать четкие процедуры. Часть вопросов мы предлагаем решить в законопроекте 3719. Нужно, чтобы бизнес сплотился и поддержал эти инициативы, направленные на его защиту от произвола. Убеждена, что тогда законопроект будет иметь шансы быть принятым в парламенте.

Версия для печати
Нашли ошибку - выделите и нажмите Ctrl+Enter
Раздел: Политика Тема:
Теги:

Новости партнеров

Загрузка...

Читайте также

Украина нанесла удар по аналогу ДНР-ЛНР: есть сразу несколько целей

Урегулирование приднестровского конфликта может иметь негативные последствия для Украины

Через ВКонтакте Россия может управлять 13 млн украинцев: раскрыт механизм

Украинцы добровольно передают информацию российским спецслужбам через социальные сети и бухгалтерские программы

Новости партнеров

Загрузка...